Aleksei Tolstoy: I, in Darkness and in Dust…

 

Меня, во мраке и в пыли
Досель влачившего оковы,
Любови крылья вознесли
В отчизну пламени и слова.
И просветлел мой темный взор,
И стал мне виден мир незримый,
И слышит ухо с этих пор,
Что для других неуловимо.

И с горней выси я сошел,
Проникнут весь ее лучами,
И на волнующийся дол
Взираю новыми очами.
И слышу я, как разговор
Везде немолчный раздается,
Как сердце каменное гор
С любовью в темных недрах бьется,
С любовью в тверди голубой
Клубятся медленные тучи,
И под древесною корой,
Весною свежей и пахучей,
С любовью в листья сок живой
Струей подъемлется певучей.
И вещим сердцем понял я,
Что все рожденное от Слова,
Лучи любви кругом лия,
К нему вернуться жаждет снова;
И жизни каждая струя,
Любви покорная закону,
Стремится силой бытия
Неудержимо к Божью лону;
И всюду звук, и всюду свет,
И всем мирам одно начало,
И ничего в природе нет,
Что бы любовью не дышало.

1851/52

I, in darkness and in dust
Having dragged thus far the shackles on my feet,
Was raised high by the wings of love
Into the fatherland of fire and word.
And my dark gaze grew bright,
And an unseen world grew visible to me,
And since that day my ear can hear
That which for others is beyond detection.

And I descended from that lofty height,
Shot through entirely with its rays,
And upon this troubled vale
I now look with new eyes.
And I hear how a conversation
Ubiquitously, ceaselessly bursts forth;
How the stone heart of the mountains
Beats with love in its dark depths;
How with love, in the bright blue firmament,
The slow-drifting clouds billow;
How, beneath the bark of trees,
In fresh and fragrant spring,
With love the living sap
Rises through the leaves in a singing stream.
And with a prophetic heart I understood
That everything born of the Word,
Pouring forth rays of love round about,
Thirsts to return to It once again;
And every stream of life
Submits to the law of love,
Strives with all the force of being
Ineluctably towards God’s embrace;
And everywhere is sound, and everywhere is light,
And all worlds have but one beginning,
And there is nothing in all of nature
That does not breathe love.

Next
Next

Pushkin: Imitations of the Quran